Люсинда Райли «Семь сестер»

Через пару минут все было готово. Изабелла вошла на кухню и бережно положила ребенка на импровизированную постель.

– Пожалуй, я слегка оботру ему лицо и обработаю рану, если получится. У вас есть чистые тряпки и антисептик?

– Где-то должны быть. – Лорен принялся шарить по полкам буфета, нашел антисептик. Потом, исчезнув на какое-то время из кухни, вернулся назад с куском белой хлопчатобумажной сетки. Обычно такие сетки использовались в мастерской для обертывания гипсовых фигур. Но Изабелла вполне могла воспользоваться тканью в качестве марли, чтобы промыть рану на ноге мальчика.

– А бинты у вас есть? – снова поинтересовалась Изабелла, и когда Лорен после вторичных поисков в буфете сказал, что бинтов он не нашел, принялась аккуратно перебинтовывать рану той тканью, которую он ей принес. Лорен внимательно наблюдал за тем, как ловко у нее все получается. Мальчик слегка шевелился, пока она перебинтовывала ему ногу, но продолжал спать.

– Ночь, в общем-то, теплая, но он весь дрожит. Нужно одеяло, – снова приказала Изабелла, и Лорен послушно принес ей одеяло, судя по всему, то, под которым собирался спать сам.

– Я еще посижу немножко рядом с ним, сделаю холодный компресс, чтобы сбить лихорадку. Надо убедиться, что с ним будет все в порядке, – пояснила она свои дальнейшие действия Лорену, который продолжал маячить у нее за спиной, занимая почти все свободное место в тесном пространстве кухоньки. Он молча кивнул в ответ и пошел устраивать свой ночлег в самой мастерской.

– Милый мой малыш, – прошептала Изабелла, прикладывая смоченную в холодной воде тряпку к его разгоряченному лбу. Потом прошлась рукой по его волосам. – Когда ты завтра утром проснешься, меня не будет рядом с тобой. Но ты ничего не бойся. Я твердо обещаю, что вернусь и позабочусь о том, чтобы с тобой все было в порядке. А сейчас мне пора уезжать. Спокойной ночи.

Но, едва Изабелла приподнялась с пола, из-под одеяла высунулась детская ручонка и цепко ухватила ее за подол юбки. Мальчишка широко распахнул глаза и уставился на нее немигающим взглядом.

А потом на чистейшем французском сказал:

– Я никогда не забуду, мадемуазель, того, что вы для меня сделали сегодня вечером.

Потом он издал удовлетворенный вздох, перевернулся на другой бок и снова закрыл глаза.

– Мне пора, – сказала Изабелла, выходя из кухни и обращаясь к Лорену. – Ну, где ваш ключ? Можно запирать тюремную камеру, – добавила она не без сарказма в голосе.

– Изабелла, пожалуйста, поймите меня правильно. Я делаю это только ради профессора. Должен же я хоть как-то защитить его семью и дом. Ведь мастерская – это тоже часть его дома, а сейчас тут находится его величайшее творение. – Лорен кивнул на незаконченную скульптуру Христа.

– Понимаю, – согласилась с ним Изабелла. – Но, прошу вас, завтра, когда ребенок проснется, скажите ему, что здесь он в полной безопасности. Обещаете? Я сама переговорю с профессором, объясню ему, что это по моей вине у него возникли некоторые проблемы. А сейчас мне надо срочно ехать домой. Одному богу известно, какой скандал может мне закатить сеньора да Силва Коста завтра утром.

– Изабелла… Белла… – Лорен схватил ее за руку, когда она уже направлялась к дверям. Рывком притянул к себе и заключил в объятия. – Вы действительно прекрасны, и не только внешне. Ваша душа прекрасна не менее, чем ваше лицо. Не могу больше притворяться, делать вид, что между нами ничего нет. Скажите только слово, и я тотчас же отпущу вас, если вам это неприятно. Господи, помоги мне! Наблюдая за тем, с каким состраданием вы возились с этим ребенком… – он слегка покачал головой. – Словом, я хочу поцеловать вас, хочу почувствовать вкус ваших губ на своих губах.

Изабелла безмолвно уставилась на него. Она понимала, что перед ней разверзлась пропасть и что она, не раздумывая, готова шагнуть в нее.

– Я вся твоя, – тихо прошептала она в ответ, и в ту же минуту он закрыл ей рот своими губами.

А за закрытыми дверями кухни мирно спал мальчик. Быть может, впервые за много месяцев он не боялся, что кто-то потревожит его сон.

25

На следующий день, переступая порог мастерской в шестом часу вечера, Изабелла трепетала от страха. Ее беспокоила не только судьба мальчика. Не меньше волновало и другое. А не есть ли столь бурный взрыв чувств со стороны Лорена, увенчавшийся поцелуем, обычной реакцией человека на чрезмерную эмоциональность всего того, что случилось вчера вечером?

– А! Вот и наша Святая Изабелла пожаловала собственной персоной! – шутливо приветствовал ее профессор Ландовски, приводя себя в порядок после рабочего дня.

– Как мальчик, профессор? – немедленно поинтересовалась Изабелла, слегка покраснев от столь неожиданного комплимента скульптора.

– На данный момент ваш драгоценный найденыш преспокойно ужинает вместе с моими детьми. Когда жена увидела его сегодня утром, валяющимся на полу, словно дохлый мышонок, – я специально позвал ее, чтобы она взглянула на найденыша, так вот, она немедленно преисполнилась, как и вы, жалостью к ребенку. Когда мальчишка наконец проснулся, она повела его в сад и там вымыла всего с ног до головы. Вдруг у него вши? Словом, отмыла хозяйственным мылом и карболкой всю грязь, после чего завернула в одеяло и уложила в кровать уже в нашем доме.

– Огромное вам спасибо, профессор. И простите меня за то, что я доставила лишние хлопоты вам и вашей жене.

– Ну, меня-то особо благодарить не за что. Будь моя воля, я бы в два счета выставил маленького бродягу на улицу, где он, впрочем, и привык обитать. Но вы, женщины, вы все такие мягкотелые, такие сердобольные. Добрые у вас сердца, одним словом. За что мы, мужчины, должны быть только благодарны вам, – неожиданно растроганно закончил Ландовски свой монолог.

– Он вам сказал, откуда он? – спросила Изабелла у профессора.

– Нет, он вообще не проронил ни слова с тех самых пор, как моя жена взяла над ним шефство. Она решила, что ребенок глухонемой.

– Нет, месье Ландовски, он не глухонемой. Он разговаривал со мной вчера вечером, когда я уже собралась уезжать.

– Правда? Как интересно! – Ландовски задумчиво покачал головой. – Выходит, что своим даром речи он больше не захотел поделиться ни с кем другим. У него еще на теле болтается какой-то кожаный мешочек. Жена обнаружила, когда стала срывать с него лохмотья. Но когда она попыталась снять и мешочек, мальчишка зарычал, словно бешеный пес, и не позволил ей даже прикоснуться к этой вещице. Что ж, поживем – увидим, как станут развиваться события в ближайшие дни. По моим прикидкам, мальчишка, скорее всего, из Польши. Узнаю, так сказать, родную кровь, – добавил он мрачно. – Всего доброго, мадемуазель.

Когда Ландовски покинул мастерскую, Изабелла повернулась к Лорену. Он стоял, скрестив руки на груди, и смотрел на нее с улыбкой.

– Скажи, ты счастлива, что о твоем маленьком найденыше позаботились должным образом?

Люсинда Райли Семь сестер

Рейтинг
( Пока оценок нет )
Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Bookervil.ru - Любимые книги в удобочитаемом формате! Убедись сам.
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: